Aave потребовала от суда снять арест с 30 000 ETH, похищенных при взломе Kelp
Команда ведущего DeFi-протокола Aave подала экстренное ходатайство в федеральный суд США с требованием отменить арест на сумму 30 766 ETH стоимостью около $73 млн. Эти средства были заблокированы Советом безопасности Arbitrum после взлома платформы Kelp в начале мая.
Суд Южного округа Нью-Йорка наложил запрет на использование активов по требованию истцов, связанных с давними делами о террористической деятельности Северной Кореи. Истцы пытаются признать украденный ETH частью потенциальной реституции, предполагая, что за атакой на Kelp стоит группировка Lazarus Group, связываемая с КНДР.
Позиция Aave и основателя протокола
Основатель Aave Стани Кулечов раскритиковал логику судебного решения, назвав её юридически несостоятельной. «Вор не владеет тем, что украл. Эти средства принадлежат пользователям, у которых их похитили, и никому больше», — заявил он.
По мнению Кулечова, даже временный контроль над украденными средствами не превращает их в собственность злоумышленника и не дает оснований считать их имуществом КНДР. Протокол потребовал полностью отменить запрет на распоряжение активами или обязать истцов внести обеспечительный залог в размере не менее $300 млн на случай ущерба от дальнейшей блокировки.
Угроза для механизма восстановления
В Aave подчеркивают, что длительное удержание монет под судебным арестом ставит под угрозу весь механизм восстановления после взлома и задерживает компенсацию пострадавшим пользователям. Это может привести к серьёзным последствиям для экосистемы DeFi и доверия инвесторов к платформе.
Голосование в ДАО Arbitrum о переводе средств в фонд DeFi United завершится 7 мая. На момент публикации более 99% участников поддерживают передачу активов в фонд восстановления, что свидетельствует о единстве сообщества в решении этого вопроса.
Данный случай подчеркивает растущие проблемы безопасности в секторе децентрализованных финансов и сложность взаимодействия криптовалютных протоколов с традиционной судебной системой при разрешении споров о контроле над активами.
